Так как теперь я живу в Праге, то поездка к месту захоронения моего прадедушки в Германии стала вполне возможной. Он погиб в немецком лагере военнопленных 15 ноября 1941. В этом году на 9 мая у меня поехать туда не получилось, но зато я наконец-то изучила документ учета военнопленного и почитала историков. И надо записать, пока не выветрились из моей садовой головы все немецкие названия и обнаруженные факты.
Но сначала просто о прадедушке. Он на момент начала войны был счастливо женат. Имел троих детей и они с прабабушкой ждали своего четвертого ребенка.
Мне мало известно о том, каким он был человеком, так как разговоры об этом до сих пор приносят много слёз членам моей семьи. Даже маме, которая появилась на свет ровно через 21 год после смерти прадеда. Однако я знаю, что у него был хороший и крепкий дом в деревне Косарёво, он любил и был любим. Сохранилось фото. Когда-то оно висело у моей бабушке на стене в гостиной. Прадед был красивым мужчиной. На фронт ушел добровольцем в самом начале войны, оставляя беременную жену и детей мал мала меньше.
С фронта от него семья получила единственное письмо. Его сейчас хранит старшая сестра моей бабушки. Она мне его читала однажды, лет 10 назад. Помню, что даже слушать было настолько больно, что кроме факта о том, что прадеду выдали одну винтовку на троих, я толком ничего и не запомнила. Но впечатление от письма осталось. Письмо написано с большой любовью.
Когда случилась беда, прабабушка получила лишь уведомление, что муж ее пропал без вести. Она всю свою жизнь его ждала с войны и так и не узнала ничего о его судьбе. Только через 70 лет с появлением интернета и банка данных "Мемориал" моя мама нашла вот этот документ:
Так мы узнали, что прадед скончался в лагере военнопленных. При регистрации сделаны ошибки в фамилии и в адресе жены. Прадеда звали Патрикеев Герасим. Удивительно, что мама дедушку все-таки отыскала.
Нам не повезло, если вообще можно так выразиться. Фашисты начали делать фото узников в конце 1941, когда случились первые побеги. Прадедушка погиб раньше, поэтому последнего его фото у нас нет.
Из листа регистрации военнопленного я узнала, что дед был блондином, как мой брат, а глаза у него были серые, как мои. По оставшейся черно-белой фотографии этого не узнать, а родные об этом никогда не говорили. Рост прадеда 169 см - тоже скрупулезно записан. Дату рождения прадеда 14 марта 1908 я тоже выяснила только из этого вот кошмарного документа. Фашистам, насколько понимаю, эти данные требовались на случай побега пленного.
В листе указано, что дед поступил в лагерь шталаг X D(310) здоровым. Историки пишут, что под такой записью фашисты обычно подразумевали лишь то, что пленный не имел явных ран и мог передвигаться сам. Место пленения прадеда - Бобруйск, дата - 11 июля 1941. В лагерь он попал до октября 1941, так как в листе регистрации есть запись о прививке от этой даты. Прививки от тифа и оспы делали всем пленным практически сразу по прибытии. Лагерный номер прадеда - 30350.
Указана принадлежность к пехоте и номер 443. Это 443 стрелковый полк первого формирования 160 стрелковой дивизии. Я пока мало знаю о том, где именно и как дивизия участвовала в боях. Надо разбираться.
Профессия, которую прадед озвучил - крестьянин. Так и было на самом деле. Из исследований историков мы сейчас знаем, что выжившие среди военнопленных 1941 года в большинстве своем были теми, кого направляли на работы на поля и в фермы к местному населению. Немцы к таким работникам относились по разному, в том числе и очень плохо. Но многие пленных подкармливали, что имело в их ситуации решающее для жизни значение. Многие пленные назывались крестьянами, даже если не были таковыми. Вот только прадеду не повезло, и крестьянская профессия не спасла.
В карте деда запись о переводе 31 октября 1941 в рабочую команду 165 в Бремен-Фарге. В Фарге военнопленные строили порт и хранилища топлива для немецких подлодок. Эти работы так никогда и не были завершены, а сама постройка была уничтожена англичанами при бомбежке в 1945 в ходе наступления. Пленников в Бремен-Фарге не щадили. Многие гибли от несчастных случаев, голода и болезней. Что именно случилось с дедом, мы уже не узнаем. Он скончался 15 ноября 1941, внизу его лагерного листа на лицевой стороне есть запись о том, что место смерти - Бремен-Фарге.
В карте прадеда есть так же запись о переводе 7 ноября 1941 в новый лагерь шталаг Х B Зандбостель. Но это, судя по месту смерти деда, была просто формальная запись. Прадед в этом лагере, скорее всего, никогда не был и рабочей команды 165 так и не покидал.
Все советские военнопленные, кто погиб в шталаг Х B Зандбостель похоронены на кладбище Зандбостель в 70 братский могилах. На месте же самого лагеря теперь музейный мемориальный комплекс. Их родные теперь хотя бы знают, куда возлагать цветы.
С нашим прадедом и другими, кто умер на работах в Бремен-Фарге, всё сложнее. В начале войны фашисты не заморачивались с захоронением советских пленных. Хоронили чуть ли не на месте гибели прямо на строительных площадках. Учета не вели. Позже Германия делала перезахоронение обнаруженных останков на кладбище Bremen-Osterholz (Osterholzer Heerstraße 32-34). Но немцы и сами признают, что нашли далеко не всех бойцов.
Поиск в интернете выдал мне список лагерей для рабочих в окрестности Бремен-Фарге. По датам прадед мог попасть в 3 из них: Lager Tesch, Marinegemeinschaftslager II/ после июля 1943 Arbeitserziehungslager Farge или Bahrsplate liegt. Первый из лагерей сейчас полностью разрушен. На месте второго (географически - там, где лагерь располагался до июля 1941) союзники устроили больницу. Так что осталось больничное кладбище тех, к кому помощь все-таки опоздала. На месте дислокации лагеря с июля 1943 установлен мемориал. К моему прадеду мемориал отношения не имеет, так как умер он 1941 году. Сейчас больницы тоже больше нет, но, вроде, какие-то постройки остались.
На месте третьего лагеря ныне автостоянка и небольшой мемориальный комплекс.
Я нашла еще интересный сайт с маршрутам по всем памятникам и строениям, оставленных Второй Мировой в районе Бремен-Фарге. Карта тропы:
Точное место захоронения прадеда мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Но мы рады, что его судьба хоть как-то прояснилась для нас. Теперь известно аж несколько вариантов мест, куда мы можем возложить цветы, а это уже не мало.
Забыла написать, что следующим номером 30351 после прадеда в лагере при регистрации был тоже уроженец Горьковской области, родом из Починковского района г. Горький - Утенков Егор Ефимович, 1917 года рождения. Он, к сожалению, тоже не выжил. Интересно, знали ли они с прадедом друг друга. Поддерживали ли друг друга на нелегком пути? Как знать.
Использовались материалы сайтов:
http://www.geschichtslehrpfad.de
http://www.relikte.com
http://www.pobeda1945.su/burial/450
https://www.obd-memorial.ru/html/default.htm
Помогли форумы:
http://www.sgvavia.ru/
http://www.polk.ru/novosti/
http://forum.flecktarn.su
Были полезны статьи:
http://beiunsinhamburg.de
http://gorbachovav.my1.ru
Но сначала просто о прадедушке. Он на момент начала войны был счастливо женат. Имел троих детей и они с прабабушкой ждали своего четвертого ребенка.
Мне мало известно о том, каким он был человеком, так как разговоры об этом до сих пор приносят много слёз членам моей семьи. Даже маме, которая появилась на свет ровно через 21 год после смерти прадеда. Однако я знаю, что у него был хороший и крепкий дом в деревне Косарёво, он любил и был любим. Сохранилось фото. Когда-то оно висело у моей бабушке на стене в гостиной. Прадед был красивым мужчиной. На фронт ушел добровольцем в самом начале войны, оставляя беременную жену и детей мал мала меньше.
С фронта от него семья получила единственное письмо. Его сейчас хранит старшая сестра моей бабушки. Она мне его читала однажды, лет 10 назад. Помню, что даже слушать было настолько больно, что кроме факта о том, что прадеду выдали одну винтовку на троих, я толком ничего и не запомнила. Но впечатление от письма осталось. Письмо написано с большой любовью.
Когда случилась беда, прабабушка получила лишь уведомление, что муж ее пропал без вести. Она всю свою жизнь его ждала с войны и так и не узнала ничего о его судьбе. Только через 70 лет с появлением интернета и банка данных "Мемориал" моя мама нашла вот этот документ:
Так мы узнали, что прадед скончался в лагере военнопленных. При регистрации сделаны ошибки в фамилии и в адресе жены. Прадеда звали Патрикеев Герасим. Удивительно, что мама дедушку все-таки отыскала.
Нам не повезло, если вообще можно так выразиться. Фашисты начали делать фото узников в конце 1941, когда случились первые побеги. Прадедушка погиб раньше, поэтому последнего его фото у нас нет.
Из листа регистрации военнопленного я узнала, что дед был блондином, как мой брат, а глаза у него были серые, как мои. По оставшейся черно-белой фотографии этого не узнать, а родные об этом никогда не говорили. Рост прадеда 169 см - тоже скрупулезно записан. Дату рождения прадеда 14 марта 1908 я тоже выяснила только из этого вот кошмарного документа. Фашистам, насколько понимаю, эти данные требовались на случай побега пленного.
В листе указано, что дед поступил в лагерь шталаг X D(310) здоровым. Историки пишут, что под такой записью фашисты обычно подразумевали лишь то, что пленный не имел явных ран и мог передвигаться сам. Место пленения прадеда - Бобруйск, дата - 11 июля 1941. В лагерь он попал до октября 1941, так как в листе регистрации есть запись о прививке от этой даты. Прививки от тифа и оспы делали всем пленным практически сразу по прибытии. Лагерный номер прадеда - 30350.
Указана принадлежность к пехоте и номер 443. Это 443 стрелковый полк первого формирования 160 стрелковой дивизии. Я пока мало знаю о том, где именно и как дивизия участвовала в боях. Надо разбираться.
Профессия, которую прадед озвучил - крестьянин. Так и было на самом деле. Из исследований историков мы сейчас знаем, что выжившие среди военнопленных 1941 года в большинстве своем были теми, кого направляли на работы на поля и в фермы к местному населению. Немцы к таким работникам относились по разному, в том числе и очень плохо. Но многие пленных подкармливали, что имело в их ситуации решающее для жизни значение. Многие пленные назывались крестьянами, даже если не были таковыми. Вот только прадеду не повезло, и крестьянская профессия не спасла.
В карте деда запись о переводе 31 октября 1941 в рабочую команду 165 в Бремен-Фарге. В Фарге военнопленные строили порт и хранилища топлива для немецких подлодок. Эти работы так никогда и не были завершены, а сама постройка была уничтожена англичанами при бомбежке в 1945 в ходе наступления. Пленников в Бремен-Фарге не щадили. Многие гибли от несчастных случаев, голода и болезней. Что именно случилось с дедом, мы уже не узнаем. Он скончался 15 ноября 1941, внизу его лагерного листа на лицевой стороне есть запись о том, что место смерти - Бремен-Фарге.
В карте прадеда есть так же запись о переводе 7 ноября 1941 в новый лагерь шталаг Х B Зандбостель. Но это, судя по месту смерти деда, была просто формальная запись. Прадед в этом лагере, скорее всего, никогда не был и рабочей команды 165 так и не покидал.
Все советские военнопленные, кто погиб в шталаг Х B Зандбостель похоронены на кладбище Зандбостель в 70 братский могилах. На месте же самого лагеря теперь музейный мемориальный комплекс. Их родные теперь хотя бы знают, куда возлагать цветы.
С нашим прадедом и другими, кто умер на работах в Бремен-Фарге, всё сложнее. В начале войны фашисты не заморачивались с захоронением советских пленных. Хоронили чуть ли не на месте гибели прямо на строительных площадках. Учета не вели. Позже Германия делала перезахоронение обнаруженных останков на кладбище Bremen-Osterholz (Osterholzer Heerstraße 32-34). Но немцы и сами признают, что нашли далеко не всех бойцов.
Поиск в интернете выдал мне список лагерей для рабочих в окрестности Бремен-Фарге. По датам прадед мог попасть в 3 из них: Lager Tesch, Marinegemeinschaftslager II/ после июля 1943 Arbeitserziehungslager Farge или Bahrsplate liegt. Первый из лагерей сейчас полностью разрушен. На месте второго (географически - там, где лагерь располагался до июля 1941) союзники устроили больницу. Так что осталось больничное кладбище тех, к кому помощь все-таки опоздала. На месте дислокации лагеря с июля 1943 установлен мемориал. К моему прадеду мемориал отношения не имеет, так как умер он 1941 году. Сейчас больницы тоже больше нет, но, вроде, какие-то постройки остались.
На месте третьего лагеря ныне автостоянка и небольшой мемориальный комплекс.
Я нашла еще интересный сайт с маршрутам по всем памятникам и строениям, оставленных Второй Мировой в районе Бремен-Фарге. Карта тропы:
Точное место захоронения прадеда мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Но мы рады, что его судьба хоть как-то прояснилась для нас. Теперь известно аж несколько вариантов мест, куда мы можем возложить цветы, а это уже не мало.
Забыла написать, что следующим номером 30351 после прадеда в лагере при регистрации был тоже уроженец Горьковской области, родом из Починковского района г. Горький - Утенков Егор Ефимович, 1917 года рождения. Он, к сожалению, тоже не выжил. Интересно, знали ли они с прадедом друг друга. Поддерживали ли друг друга на нелегком пути? Как знать.
Использовались материалы сайтов:
http://www.geschichtslehrpfad.de
http://www.relikte.com
http://www.pobeda1945.su/burial/450
https://www.obd-memorial.ru/html/default.htm
Помогли форумы:
http://www.sgvavia.ru/
http://www.polk.ru/novosti/
http://forum.flecktarn.su
Были полезны статьи:
http://beiunsinhamburg.de
http://gorbachovav.my1.ru
